Андрей Л. Юрганов, доктор исторических наук
125047, Москва, Миусская пл., д. 6, стр. 6
Andrei L. Yurganov, Dr. of Sci. (History)
6-6, Miusskaya Sq., Moscow, 125047
Статья посвящена старейшему большевику, Моисею Ильичу Фрумкину, который, будучи заместителем наркома финансов СССРЮ, в июне 1928 г. первым выступил против ускоренной коллективизации, заявляя, что все экономические данные свидетельствуют о преждевременности подобного поворота. В речах партийных руководителей он услышал, что в середняке проявляются «эксплуататорские черты». Таким образом уничтожалась сама идея новой экономической политики как политики союза с середняком – и против кулака: несмотря на то, что это была ленинская позиция. Ее деформация пугала Фрумкина поворотом к практике военного коммунизма. Он написал два письма в ЦК ВКП(б), в которых утверждал, что не следует отказываться от ленинской политики в сельском хозяйстве. Несмотря на серьезные аргументы, подкрепленные фактами экономическими, он сменил свою позицию на противоположную, признав ошибочность прежних взглядов. Архивные документы партийной чистки в наркомате финансов проливают свет на природу рождающегося сталинизма как феномена не только экономического, политического, но и этико-психологического. В статье исследуется ментальный кризис в восприятии своего мнения (пусть и основанного на рациональных аргументах) и коллективного мнения партии (в котором начинает доминировать религиозная мотивация верности).
The article is devoted to the fate of the oldest Bolshevik, Moisey Ilyich Frumkin, who, as the Deputy Commissar of Finance of the USSR, in June 1928 was the first to oppose the accelerated collectivization, saying that all economic data revealed that such a turn was premature. In the speeches of the party leaders, he heard that the middle peasants displayed “exploitative traits”. In this way, the very idea of the new economic policy as a policy of an alliance with the middle peasant – and against the kulak – was annihilated: though that was Lenin’s position. Such deformation scared Frumkin by turning to the practice of war communism. He wrote two letters to the Central Committee of the All-Union Communist Party of Bolsheviks, in which he contended that the Leninist policy in agriculture should not be abandoned. Despite the serious arguments supported by economic facts, he reversed his position, recognizing the fallacy of his previous views. The archival documents pertained to the party purge in the People’s Commissariat of Finance shed light on the nature of the birth of Stalinism as a phenomenon – not only economic, political, but also ethical and psychological. The article explores the mental crisis in the perception of one’s own opinion (albeit based on rational arguments) and the collective opinion of the party (which begins to be dominated by the religious motivation of loyalty).
The authors declare that there are no conflicts of interest present.