documentationИстория и архивыHistory and Archives2658-6541Russian State University for the Humanities (RSUH)10.28995/2658-6541-2023-5-3-12-27documentation-369Research ArticleОТЕЧЕСТВЕННАЯ ИСТОРИЯRUSSIAN HISTORY«Большим тормозом в работе является духовенство»: реализация национальной политики в отношении тюркских народов Урала в 1920-е гг.“The clergy is a drag on work”. The implementation of the national policy towards the Turkic peoples of the Urals in the 1920shttps://orcid.org/0000-0001-7311-9457КаменскихМ. С.KamenskikhM. S.

Михаил С. Каменских, кандидат исторических наук

614990, Пермь, ул. Ленина, д. 13а

614070, Пермь, ул. Студенческая, д. 38

Mikhail S. Kamenskikh, Cand. of Sci. (History)

13a, Lenina St., Perm, 614990

38, Studencheskaya St., Perm, 614070

mkamenskih27@gmail.comИнститут гуманитарных исследований Уральского отделения Российской академии наук; Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»РоссияInstitute of Humanitarian Studies, Ural Branch of the Russian Academy of Sciences; HSE UniversityRussian Federation202317092023531227Copyright © Каменских М.С., 20232023Каменских М.С.Kamenskikh M.S.Данная работа распространяется под лицензией Creative Commons Attribution 4.0.This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 License.https://documentation.rsuh.ru/jour/article/view/369

В работе на основании вводимых автором в научный оборот документальных источников анализируются особенности национальной политики на Урале 1920-х гг. в отношении башкирского и татарского населения. Татары и башкиры составляли 4% от населения области, но были при этом крупнейшим этническим меньшинством региона после русских, а их численность в отдельных районах превышала 95%. В статье рассматриваются мероприятия по вовлечению актива в коммунистическое и комсомольское движение, антирелигиозная политика и противодействие исламу, а также поддержка культуры светских праздников, таких как сабантуй. Основным источником стали введенные автором в научный оборот делопроизводственные материалы центральных и региональных архивов. Анализ документов показал, что в первые годы советской власти политика по вовлечению лидеров общественного мнения и молодежи в коммунистическое движение не была успешной и не вызывала интереса у местного населения. Эту работу затрудняла деятельность религиозных мусульманских лидеров, которые в отличие от православных служителей имели свободу миссионерской работы и даже содействие Наркомпроса в подготовке священников. В дальнейшем их деятельность была пресечена как противоречащая коммунистической идеологии, а власти стали развивать культуру светских праздников и общественной жизни. В результате были заложены основы современной светской национальной культуры татар и башкир России. Автор уверен, что успешность реализации такой политики позволяет переосмыслить подходы к оценке ее эффективности.

Based on the documentary resources introduced by the author into scientific circulation, the article analyzes the features of the national policy in the Urals in the 1920s in relation to the Bashkir and Tatar population. Tatars and Bashkirs made up 4% of the region’s population, but they were the largest ethnic minority in the region after Russians, and their number in some areas exceeded 95%. The article considers the activities to involve the activists in the communist and Komsomol movements, anti-religious policy and opposition to Islam, as well as the support of the culture of secular holidays, such as Sabantui (wild celebration). The office records of the central and regional archives, introduced by the author into scientific circulation, became the main source. The document analysis showed that in the first years of Soviet rule the policy of involving opinion makers and youth in the communist movement was not successful and did not arouse any interest in the local population. The process was hampered by the activities of Muslim religious leaders. They, unlike Orthodox ministers, had the freedom of missionary work and even the support of the Narkompros (national education) in the training of priests. Later, their activities were suppressed as contradicted to the communist ideology, and the authorities began to develop a culture of secular holidays and public life. As a result, the foundations for the modern secular national culture of the Tatars and Bashkirs of Russia were laid. The author is sure that the success of the implementation of such a policy makes it possible to redefine the approaches to assessing its efficiency.

районыбашкирытатарынациональная политикасабантуйисламсоветская властьregionsBashkirsTatarsnational policySabantuiIslamSoviet powerСтатья публикуется в рамках реализации гранта РНФ № 19-18-00117 «Традиционная культура русских в зонах активных межэтнических контактов Урала и Поволжья».The article is published within the framework of realization of the Russian National Science Foundation grant no. 19-18-00117 “Traditional culture of Russians in the zones of active interethnic contacts of the Urals and the Volga region”.ReferencesАверьянов 2021 – Аверьянов А.В. Национальная политика советского государства на Дону, Кубани и Ставрополье в 1920−1930-е гг.: Дис. … д-ра ист. наук. Ростов-на-Дону, 2021. 701 с.Aver’yanov, A. V. (2021), Natsional’naya politika sovetskogo gosudarstva na Donu, Kubani i Stavropol’e v 1920-1930 gody [The national policy of the Soviet state in the Don, Kuban and Stavropol regions in the 1920–1930s], D. Sc. Thesis (History), South Federal University, Rostov-na-Donu, Russia.Атнагулов 2007 – Атнагулов И.Р. Нагайбаки: опыт комплексного историко-этнографического исследования хозяйства и материальной культуры второй половины XIX – начала XX в. Магнитогорск: МаГУ, 2007. 244 с.Atnagulov, I.R. (2007), Nagaibaki: opyt kompleksnogo istoriko-etnograficheskogo issledovaniya khozyaistva i material’noi kul’tury vtoroi poloviny XIX – nachala XX veka [Nagaybaki: the experience of a comprehensive historical and ethnographic study of the economy and material culture of the second half of the 19th – early 20th centuries], Magnitogorskii Ggosudarstvennyi Universitet, Magnitogorsk, Russia.Истер 2010 – Истер Дж. Советское государственное строительство: система личных связей и самоидентификация элиты в Советской России. М.: РОССПЭН, 2010. 255 с.Hirsch, F. (2005), Empire of nations. Ethnographic knowledge and the making of the Soviet Union, Cornell University Press, Ithaca, London, USA.Каменских 2019 – Каменских М.С. Национальная политика в Прикамье в 1918−1939 гг.: региональный аспект. СПб.: Маматов, 2019. 224 с.Slezkine, Yu. (1994), “The USSR as a communal apartment, or How a socialist state promoted ethnic particularism”, Slavic Review, vol. 53, pp. 414–452.Корженевский 2022 – Корженевский К.Б. Национально-территориальное размежевание между Сибирью и Казахстаном в 1917−1936 гг.: Дис. ... канд. ист. наук. Тюмень, ТюмГУ, 2022. 288 с.Easter, J. (2010), Sovetskoe gosudarstvennoe stroitel’stvo: sistema lichnykh svyazei i samoidentifikatsiya elity v Sovetskoi Rossii [Soviet state building. The system of personal connections and self-identification of the elite in Soviet Russia], ROSSPEN, Moscow, Russia.Мартин 2011 – Мартин Т. Империя «положительной деятельности»: нации и национализм в СССР: 1923–1939. М.: РОССПЭН, 2011. 664 с.Kamenskikh, M.S. (2019), Natsional’naya politika v Prikam’e v 1918–1939 gg.: regional’nyi aspekt [National policy in Prikamye region in 1918–1939 years. Regional aspect], Mamatov, Saint Petersburg, Russia.Пономаренко 2008 – Пономаренко М. В. Ислам в религиозной политике советской власти в первой трети ХХ в.: (на материалах Западной Сибири) // Проблемы истории, филологии, культуры. 2008. № 20. С. 330–333.Korzhenevskii, K.B. (2022), Natsional’no-territorial’noe razmezhevanie mezhdu Sibir’yu i Kazakhstanom v 1917–1936 gg. [National-territorial delimitation between Siberia and Kazakhstan in 1917–1936], Ph.D. Thesis IHistory), Nizhnevartovsk State University, Nizhnevartovsk, Russia.Чеботарева 2008 – Чеботарева В.Г. Национальная политика Российской Федерации: 1925–1938 гг. М.: Московский Дом национальностей, 2008. 832 с.Martin, T. (2011), Imperiya «polozhitelnoi deyatelnosti»: natsii i natsionalizm v USSR: 1923–1939 [The Empire of “Affirmative action”. Nations and nationalism in the USSR, 1923–1939], ROSSPEN, Moscow, Russia.Чешко 2000 – Чешко С.В. Распад СССР: этнополитический анализ. 2-е изд. М.: ИЭА РАН, 2000. 398 с.Ponomarenko, M.V. (2008). Islam v religioznoi politike sovetskoi vlasti v pervoi treti ХХ veka: (na materialakh Zapadnoi Sibiri) [Islam in the religious policy of the Soviet authorities in the first third of the 20th century (based on Western Siberia)], in Problemy istorii, filologii, kul’tury, no. 20, pp. 330–333.Черных 2007 – Черных А.В. Народы Пермского края: история и этнография. Пермь: Пушка, 2007. 296 с.Chebotareva, V.G. (2008), Natsional’naya politika Rossiiskoi Federatsii: 1925–1938 gg. [National policy of the Russian Federation. 1925–1938], Moscovskii dom natsional’nostei, Moscow, Russia.Hirsch 2005 – Hirsch F. Empire of nations. Ethnographic knowledge and the making of the Soviet Union. Ithaca, London: Cornell University Press, 2005. 367 p.Cheshko, S.V. (2000), Raspad SSSR: etnopoliticheskii analiz [The collapse of the USSR. Ethnopolitical analysis], IEA RAN, Moscow, Russua.Slezkine 1994 – Slezkine Yu. The USSR as a communal apartment, or How a socialist state promoted ethnic particularism // Slavic Review. 1994. Vol. 53. P. 414–452.Chernykh, A.V. (2007), Narody Permskogo kraya: istoriya i etnografiya [Nationalities of the Perm territory. History and ethnography], Pushka, Perm, Russia.

The authors declare that there are no conflicts of interest present.